Задание №32083 ЕГЭ по Русскому языку

(1)От голода наша зависть была тупа и бессильна, как каждое из наших чувств. (2)У нас не было силы на чувства, на то, чтобы искать работу полегче, чтобы ходить, спрашивать, просить... (3)Мы завидовали только знакомым, тем, вместе с которыми мы явились в этот мир, тем, кому удалось попасть на работу в контору, в больницу, в конюшню – там не было многочасового тяжелого физического труда, прославленного на фронтонах всех ворот как дело доблести и геройства. (4)Словом, мы завидовали только Шестакову. 

(5)Шестакова я знал по Большой земле, по Бутырской тюрьме. (6)На прииске Шестаков не работал в забое. (7)Он был инженер-геолог, и его взяли на работу в геологоразведку. 

– (8)Мне надо с тобой поговорить, – сказал Шестаков. 

– (9)Со мной? 

– (10)Да. 

– (11)Отойдем подальше, – сказал Шестаков и провел указательным пальцем по горизонту. – (12)Как ты смотришь на все это? 

– (13)Умрем, наверно, – сказал я. (14) Меньше всего мне хотелось думать об этом. 

– (15)Ну нет, умирать я не согласен. 

– (16)Ну? 

– (17)У меня есть карта, – вяло сказал Шестаков. – (18)Я возьму рабочих, тебя возьму и пойду на Черные Ключи – это пятнадцать километров отсюда. (19)У меня будет пропуск. (20)И мы уйдем к морю. (21)Согласен? 

(22)Он выложил все это равнодушной скороговоркой. 

– (23)А у моря? (24)Поплывем? 

– (25)Все равно. (26)Важно начать. (27)Так жить я не могу. (28)«Лучше умереть стоя, чем жить на коленях», – торжественно произнес Шестаков.

 (29)Я засучил брюки, показал красные цинготные язвы. 

– (30)Вот в лесу и вылечишь, – сказал Шестаков, – на ягодах, на витаминах. 

(31)Я закрыл глаза и думал. (32)До моря отсюда три пути – и все по пятьсот километров. (33)Не только я, но и Шестаков не дойдет. (34)Не берет же он меня как пищу с собой? (35)Нет, конечно. (36)Но зачем он лжет? (37)Он знает это не хуже меня; и вдруг я испугался Шестакова – единственного из нас, кто устроился на работу по специальности. (38)Кто его туда устроил и какой ценой? (39)За все ведь надо платить. (40)Чужой кровью, чужой жизнью... 

– (41)Я согласен, – сказал я, открывая глаза. – (42)Только мне надо подкормиться. 

– (43)Вот и хорошо, хорошо. (44)Я принесу тебе... консервов. 

–(45) Завтра, – сказал я, задыхаясь от счастья, – молочных... 

 (46)Я вернулся в барак, лег и закрыл глаза. (47)Думать было больно. (48)Но думать было надо. (49)Он соберет нас в побег и сдаст – это совершенно ясно. (50)Он заплатит за свою конторскую работу нашей кровью, моей кровью. (51)Но молоко, сгущенное молоко... 

(52)Хрипло загудел гудок, и я пошел к бараку, где жил Шестаков. (53)Он ждал меня на крыльце. (54)Карманы его телогрейки оттопыривались. 

 (55)Углом топора я пробил банку. (56)Густая белая струя потекла на крышку, на мою руку. 

 (57)Я сел поудобнее и ел молоко без хлеба, запивая изредка холодной водой. (58)Я съел обе банки. (59)Шестаков смотрел на меня сочувственно.

– (60)Знаешь что, – сказал я, тщательно облизывая ложку, – я передумал. (61)Идите без меня. 

(62)Шестаков понял и вышел, не сказав мне ни слова. 

(63)Что я мог сделать еще? (64)Предупредить других – я не знал их. (65)А предупредить было надо – Шестаков успел уговорить пятерых. (66)Они бежали через неделю, двоих убили недалеко от Черных Ключей, троих судили через месяц. (67)Дело о самом Шестакове было выделено производством, его вскоре куда-то увезли, через полгода я встретил его на другом прииске. 

(Варлам Шаламов, писатель)